Есть ли будущее у ручного труда, и почему не стоит связываться с инвесторами? Интервью с дизайнером Ксенией Серой

on

Ксения Серая — российский дизайнер и основатель одноименного бренда Ksenia Seraya.  В основе марки — бесшовные изделия из вязаного трикотажа, которые уже полюбились покупателям и пользуются успехом на MBFW.

Мария Корнеева встретилась с Ксенией и поговорила о современных технологиях в индустрии, тонкостях в организации показов, истории марки и планах на будущее.

Ксения, Ваша карьера в Ermanno Scervino не сложилась из-за трудностей с рабочей визой. Это послужило отправной точкой для собственного дел или идея своей марки родилась раньше? 

Ксения: После Италии я поняла, что в России нет крупных компаний в люксовом сегменте столь же высокого уровня и с таким же мощным производством, как Loro Piana, например.  До поездки в Европу, я  работала в отечественном бренде на позиции креативного директора, двигаться выше было просто некуда, да и  возвращаться на позицию нанятого сотрудника не хотелось, так я приняла решение запустить свой проект, создала первую небольшую коллекцию. 

Почему трикотаж?

К: Выбрала я его еще в институте. Это интересный в работе материал. Можно изготовить любой задуманный цвет, фактуру, форму, и все это одновременно. Задаешь в компьютере необходимые параметры и получаешь желаемое изделие. На мой взгляд, технологии в изготовлении трикотажа сегодня ушли дальше, чем швейные. Работа на современных вязальных машинах напоминает работу на 3D принтере. Мне это близко. 

Вы используете высокотехнологичное оборудование. У Вас свой цех?

К: Нет, но есть опытные мастера-трикотажники,  специалисты, с которыми я работаю, со своими станками и программируемыми машинами. Это удобно. Мастер отвечает за свою работу и за свое оборудование. Еще часть изделий заказываю на небольшом производстве в Москве. Эксклюзивные вещи изготавливают опытные мастера высокого уровня, более коммерческие модели — производство.

Не все начинающие дизайнеры могут позволить себе организовать свой небольшой цех  или оплачивать труд высококлассных мастеров, а премиальным маркам  сложно найти производства, соответствующие стандартам качества. Вы сталкивались с проблемами поиска производства? 

К: Конечно! Найти хорошее производство очень тяжело. Я поняла, что необходимо искать скорее людей, готовых развиваться. Пусть даже это будет производство среднего уровня, но если у его руководителей и сотрудников есть желание вкладывать свой труд в развитие и рост, то, приложив немного усилий и имея запас терпения,  можно добиться результатов в виде продукции люксового качества. Это сложный путь, и нередко дорогой, но кто сказал, что будет легко? 

Пряжу закупаете в России или привозите?

К: Сотрудничаю и с российскими фабриками,  когда речь идет об изделиях с «базовой» пряжей, но всегда сочетаю с итальянским более сложным сырьем. Например, с мохером, вискозой, с тем, что у нас не производят или производят не в том качестве.  Сочетание отечественной и импортной пряжи позволяет удерживать цены. 

В последние годы государство старается усилить позиции отечественных производителей на рынке. Вводятся дополнительные пошлины на импорт, чипирование, однако невысокая квалификация местных производств и отсутствие сырья сильно снижают качество конечного продукта и делают его дороже. Ваш бизнес коснулись нововведения от государства? И какую реальную помощь хотелось бы (или не хотелось бы) от него получать?

К: Коснулось, в первую очередь, изменение курса валюты. Именно валютный скачок, подтолкнул меня в сторону российских производителей сырья. Процентное соотношение отечественных материалов и итальянских было изменено в пользу первых. Тогда я пришла к правильному сочетанию, которое позволяет выдерживать качество и соблюдать сроки.  Что до государственной помощи, то лучше бы просто не мешали. Не душили налогами, частыми проверками, не ужесточали условия ведения малого бизнеса. Помощь только в отчетах, на деле, все наоборот. 

Когда вы приняли решение о запуске, каким был первый шаг? Бизнес-план, поиск оборудования, инвестиций, команды? Интересно вкратце узнать процесс становления от самых истоков.

К: По опыту могу сказать, что с инвесторами лучше не связываться. Пришла к выводу: лучше развиваться медленно, но самой. Инвестор сегодня вкладывает деньги, завтра у него изменится настроение и он захочет вкладывать в другой проект. Производство — это такая вещь, которая окупается не с первого сезона. Не все готовы ждать и постоянно вливать деньги. Поэтому вначале я на свои средства сделала небольшую капсулу, сама была и конструктором и технологом, со стороны привлекала только исполнителей. В Италии сняли хороший лукбук, сама рассылала фото по СМИ, предлагала одежду в магазины. Так все и закрутилось. Я никогда не останавливалась,  вне зависимости от результата. После первой коллекции меня пригласили участвовать в  выставке Collection Premiere Moscow в Экспоцентре. Для талантливых начинающих дизайнеров организаторы выделили два бесплатных показа и стенд в павильоне, где можно пообщаться с оптовиками.  Я сделала показ на CPM и уже на следующий сезон меня пригласили участвовать в Неделе моды, тоже по гранту. После появились международные байеры, пресса, заказы. Главное — анализировать свою работу и не останавливаться.

Возникает ли желание выйти из рамок недели моды? Организовать свои показы или презентации на отдельных площадках, как практикуют некоторые коллеги по цеху?

К: Во-первых, это намного дороже. Самому нужно обеспечить свет, звук, моделей, визажистов, постановку и прочее. На Неделе моды ты просто встраиваешься в систему,  приходишь на готовую площадку и проводишь показ. Во-вторых, мощная PR-поддержка. Мы, безусловно, тоже делаем рассылку по своей базе прессы, но большую часть отрабатывает Неделя. Да и потом, сама площадка и мероприятие — это статус. Пресса доверяет авторитету и выбору организаторов. Нет никаких гарантий, что к тебе придут, делай ты шоу самостоятельно. У тяжеловесных СМИ всегда переполнена почта, шанс быть замеченным невероятно мал, особенно если ты не слишком распиаренная отечественная марка. Поэтому нет, пока меня все устраивает.

До обучения в Италии у Вас был опыт работы в российском масс-маркете. Много ли полезных инсайтов вынесли для себя? И следите ли сейчас за судьбой и развитием существующих сетевых брендов?

К: Все мои навыки сотрудничества с производством и поставщиками я получила там. Это колоссальный опыт. Я научилась отстаивать свои интересы, понимать людей, добиваться от них качества и желаемого результата. Научилась торговаться по ценам. Причем я это могу делать в любой стране.

Набирает обороты тенденция пробовать себя в роли дизайнера, ранее не имея ничего общего с индустрией моды. Звезды шоу-бизнеса, амбициозные инфлюенсеры и просто “люди с деньгами” зачастую производят совершенно коммерческие вещи, каких на рынке уже сотни. Бизнес ради денег и славы. В эпоху чрезмерного потребления и перепроизводства. Что думаете об этом?

К: Я понимаю, почему это происходит. Вокруг профессии дизайнера существует некий флер исключительности. Многие полагают, это придает им какой-то крутости. Есть чувство вкуса, умение сочетать, насмотренность, почему бы не попробовать. Поэтому, если людям это нравится, и они могут найти своих потребителей, не вижу ничего плохого. На сегодняшний день мы отошли от тех устоев, когда человек получал одну профессию и отдавал ей всю жизнь. Пробовать новое и искать свое — здоровая ситуация. Отчасти дизайнер — элемент массовой культуры, это не воспринимается как профессия, которой нужно учиться как, например, хирург или юрист. Было время, все открывали салоны красоты, потом шли в модельный бизнес, сейчас все дизайнеры. Почему нет? Но я сама всегда отдаю предпочтение профессионалам своего дела, с большим опытом, знаниями. Людям, у которых я могу научиться чему-то новому.

Деньги, талант, амбиции, эмоциональный интеллект, команда, —  что самое важное в вашем бизнесе?

К: В своем деле самое главное для меня — постоянный поиск новых решений, генерирование идей, умение быстро реагировать. Бизнес — это высокий уровень самоконтроля и самоорганизации. Нельзя почивать на лаврах,  если вышла успешная коллекция, следующая может не получится, поэтому работать нужно всегда. Быть готовым работать много и в любой ситуации. Остальное — это неотъемлемые составляющие бизнеса, но не на первом месте. Трудолюбие, гибкость, скорость принятия решений.

Заглянем в будущее. Уже не такое далекое. Роботы-спикеры, клонирование людей, компьютеры и искусственный интеллект заменяют добрую часть профессий. Для дизайна одежды созданы программы, 3D принтеры. Нужно лишь уметь “дизайнерить”, сидя у монитора. Вы, как сторонник современных технологий, видите для себя в этом больше плюсов? Считаете ли, что ручной труд незаменим, а уж душу в свое творение ни одна машина не вложит?

К: Одно другому не мешает. Да и кто сказал, что в дизайн вещей на компьютере не вкладывают душу? Я общалась с людьми, которые занимаются программированием 3D принтера, там ого-го сколько души! В любое дело ее нужно вкладывать. А машина — всего лишь инструмент, исполнитель дизайна, созданного человеком.

По поводу замещения некоторых профессий. Ручной труда никогда не умрет, в частности в дизайне. Перейдет в другой статус, станет еще дороже. Будет расцениваться как эксклюзив. Но не умрет. Взять в пример тот же 3D принтер. Лет 5 назад на нем все помешались. Сейчас же идет обратный процесс: многие дизайнеры и бренды стараются включить в свои коллекции элементы, выполненные мастерами вручную. Все эти тенденции волнообразны. Люди устают от “массовки” и однообразия, им хочется эмоций.

В других сферах, уверена, толковые люди тоже не останутся без работы. Освоят новый навык просто. Если у тебя есть мозги, ты любишь свое дело, то ты просто обязан постоянно учиться новому и открывать новые грани.

Несколько лет назад у Вас была задумка создать диффузную марку в сегменте медиум. Осуществилась идея?

К: Я пробовала. Поняла, что ко мне за этим не идут. У меня предпочитают покупать более дорогие и эксклюзивные вещи. Универсальные не пошли. Сегодня есть небольшие фабрики и бренды в этом сегменте, которые производят носибельную хорошую базу. Эта ниша как никогда заполнена. Поэтому я оставила эту идею и стала развивать ассортимент внутри своей марки. Люди приходят к дизайнеру за необычной, уникальной вещью. Они готовы за нее платить. За базой идут в другие места.

Какие планы на ближайшие 3 года?

К: Сейчас пробую развивать мужскую линию. Хотя линией ее пока трудно назвать. Ввожу в коллекции постепенно мужские модели, такие гендерно нейтральные, чтобы их могли носить и девушки. Работать, конечно, сложнее, чем с женской, но мне интересно это направление. И, безусловно, планирую выходить на международный рынок и развиваться там.

 

Беседовала Мария Корнеева (ВШЭ) специально для «Материальной культуры»